Эркин Абзалов –кандидат юридических наук, и.о.доцента,  арбитр третейского суда при Ассоциации третейских судов Узбекистана

 Тезисы выступления на Харьковском международном Форуме юристов

Узбекистан находится на начальной стадии цифровизации экономики. Для эффективного перехода необходима не только готовность инфраструктуры и самого государства в целом, но и сильное правовое поле, которое обеспечит надежную почву для цифровой экономики и информационную безопасность государства.  
 
Правовое поле, на котором зиждутся информационные технологии и коммуникации Узбекистана, находится на стадии стагнации из-за долгого отсутствия реформ.
ИКТ-законодательство Республики Узбекистан состоит из 10 законов, 4 указов президента, 14 постановлений президента и 34 постановлений Кабинета министров:

Как видно, подзаконные акты занимают больше места в ИКТ-законодательстве, чем законы.
Большая часть законов была принята между 2000 и 2005 годами. Законы, касающиеся связи и коммуникаций, были приняты до 2000 года, касающиеся IT — после 2000 года.
В среднем в законы вносились изменения около пяти раз с момента принятия. Однако некоторые законы менялись слишком часто (17 или 20 раз), а другие не менялись вообще («Об электронном документообороте» и «Об электронном правительстве») или только раз («Об электронных платежах» и «Об электронной цифровой подписи»). Самое большое количество изменений было внесено в закон «О телекоммуникациях» — 20 раз.
 
Из десяти законов четыре регулируют сферу связи и коммуникаций, шесть — сферу IT. Некоторые законы фактически дублируют друг друга, в частности, «О связи» и «О телекоммуникациях», «Об электронной цифровой подписи» и «Об электронном документообороте», которые были приняты почти в одно время с разницей в год.
Структура законов очень отличается друг от друга. Фактически, ни один закон не содержит регулирующих принципов. Также почти все законы, кроме одного или двух, не содержат описаний используемых терминов и понятий, что усложняет их понимание.
Законы не регулируют такие важные сферы, как информационная безопасность (этот вопрос кратко регулируется в законе «Об информатизации»), кибербезопасность, расследование киберпреступлений.
Под регулирование не попали также новые сферы, например, информационные технологические сделки (хотя некоторые аспекты регулируются законами «Об электронной коммерции» и «Об электронных платежах»), вопросы, связанные с искусственным интеллектом, цифровой экономикой, правом собственности на цифровые активы, интерактивной развлекательной индустрией и т. д.
Регулирование интернета, вопросы, связанные с юрисдикцией в интернете, разрешением споров в интернете, также выпали из поля зрения законодателей.
 
Изучение ИКТ-законодательства выявило следующие проблемы:
Большинство норм безнадежно устарели. Причина в том, что многие из них были приняты до 2000 года и не менялись, а если даже менялись, не учитывали изменений, происходящих в сфере ИКТ в мире.
Отсутствие унификации и систематизации. И это наглядно видно при анализе законодательства в сфере связи и телекоммуникаций. Связь и телекоммуникации регулируются двумя законами, хотя и регулируют одни и те же общественные отношения. Вероятно, законодатель предполагал, что закон о связи будет рамочным, но эту функцию закон не смог выполнить.
Пробелы в регулировании. ИКТ-законодательство не регулирует многие отношения и сферы деятельности, которые непосредственно относятся к сфере. Это в первую очередь касается новых концепций в сфере ИКТ, как киберпреступления, регулирование интернета, платформа блокчейн, интеллектуальное право в киберпространстве и т. д.
Более того, такой важный вопрос, как лицензирование, регулируется не законом, а подзаконным актом. Это очень проблематичный аспект законодательства ИКТ, так как в развитых странах эта сфера регулируется законом.
Отсутствие основополагающих положений и принципов в сфере ИКТ на законодательном уровне. В этом смысле наше законодательство очень отстает от зарубежного, прежде всего российского.
Статус регуляторного органа не был четко прописан в законодательстве, а распределен по нескольким органам власти. Статус Мининфокома был закреплен только в постановлении Кабинета Министров, а не в законе. Отсутствие отдельного статуса в законе не позволит Мининфокому успешно развивать ИКТ в стране и надлежащим образом регулировать их.
В Великобритании статус регулятора закреплен в законе о коммуникациях 2003 года, однако во многих странах отсутствует отдельного законодательного акта, исключительно регулирующего статус регулятора в сфере телекоммуникаций. Во многих странах с континентальной системой права статус регулятора определяется отдельными актами правительства, например, в Австрии (федеральный закон об образовании регуляторного органа KommAustria Gesetz).
Отсутствие гармонизации законодательства. ИКТ-законодательство только отчасти гармонизировано с международным законодательством. Однако законы в некоторых сферах, очень важных для эффективного развития, до сих пор не были не только гармонизированы, но и разработаны. Яркий этому пример — правила защиты персональных данных.
Проект закона о персональных данных, который сейчас находится на публичном обсуждении, нуждается в серьезной доработке. Закон состоит из 5 глав и 34 статей. Целью закона, по заявлению разработчиков, является защита прав и свобод человека путем регулирования отношений в сфере обработки персональных данных и установления требований по обеспечению их безопасности.
При разработке использовался текст казахстанского закона «О персональных данных и их защите». В том виде, в котором он вынесен на обсуждение, его принимать нельзя, потому что не была учтена длительная практика Великобритании, ЕС и США, которые имеют эффективное законодательство в этой сфере.
Защита персональных данных считается сейчас приоритетной задачей в международном киберпространстве, и ее важность подчеркивается тем фактом, что недавно принятый в ЕС Общий регламент по защите данных (GDPR) налагает драконовские санкции на нарушителей.
Фрагментарное регулирование ИКТ. ИКТ-законодательство регулирует только специфические вопросы, а такие сферы, как конкуренция, инвестиции, разрешение споров, применение санкций и т. д., либо не регулируются, либо регулируются отдельным законодательством.
Из-за этого страдают в первую очередь участники рынка ИКТ, которые не могут урегулировать споры посредством передачи в суд, так как государственные судьи не имеют достаточных знаний и опыта в сфере ИКТ. Яркий пример тому — недавний спор между сотовыми компаниями Beeline и UMS из-за тарифов по системе интерконнект.
 
Для устранения проблем, эффективной реформы законодательства на основе передового опыта Великобритании, ЕС и США следующие шаги были бы целесообразными для эффективной цифровизации экономики Узбекистана:
Принятие единого рамочного закона об ИКТ. Это позволит решить многие проблемы, в первую очередь — установить основополагающие регулирующие положения и правила, в соответствии с которыми будет приниматься любой нормативно-правовой акт в сфере ИКТ.
Такой опыт есть у Великобритании, которая в 2003 году приняла объемный закон о коммуникациях. Закон состоит из 411 статей и 19 приложений, объем закона — 623 страниц. Непосредственному регулированию коммуникаций уделяется больше половины положений. Более того, закон детализирует фактически все отношения в сфере телекоммуникаций вплоть до применения уголовного наказания за нарушения законодательства о коммуникациях.
Во-вторых, этот акт не только будет рамочным, но он также закрепит статус Мининфокома как независимого регулятора в сфере ИКТ, полномочия которого можно будет изменить только с принятием нового закона.
Принятие отраслевых законов в сфере ИКТ. После принятия рамочного закона об ИКТ будут отменены такие законы, как закон о связи, об информатизации. На основе закона об ИКТ и в соответствии с ним будут приняты отраслевые законы: о телекоммуникациях, об информационной безопасности, о цифровой экономике, о защите персональных данных, об электронном документообороте, о регулировании интернета, об электронных платежах, об электронной коммерции и т. д.
Эти законы будут полностью регулировать соответствующие сферы и после их принятия не будут принимать подзаконных актов в виде указов, постановлений президента или постановлений и решений Кабмина. Будут приниматься только правила и стандарты со стороны Мининфокома в качестве независимого регулятора на основании регулярного пересмотра с участием субъектов рынка ИКТ.
Сильный статус Мининфокома. Для эффективной реализации требований и положений обновленного законодательства Мининфокому будет законодательно придан статус независимого регулятора, подчиняющегося непосредственно президенту и отчитывающегося перед парламентом. Без сильного статуса законодательство ИКТ не сможет быть эффективно реализовано, и ИКТ в Узбекистане не сможет развиваться.
Придание дополнительных полномочий. В рамочном законе об ИКТ будут закреплены дополнительные полномочия Мининфокома, такие как регулирование конкуренции на рынке ИКТ, создание отдельных правил в сфере инвестиций, разрешение споров отдельно от государственных судов посредством независимого арбитражного суда с привлечением иностранных арбитров, формирование собственного бюджета отдельного от государства для эффективного внедрения ИКТ в стране и право законодательной инициативы в Олий Мажлисе в части законодательства ИКТ.
Оперативный пересмотр законодательства. Если Мининфоком получит право оперативно пересматривать законодательство ИКТ, это позволит быстро реагировать не только на появляющиеся новые концепции в этой сфере, но также и угрозы, в частности, в сфере информационной безопасности. Такое право предусматривает согласование изменений только с первым лицом государства и правоохранительными и военными ведомствами.
Полная либерализация законодательства. Законодательство ИКТ должно быть полностью либерализовано в соответствии с мировой практикой, чтобы стать максимально благоприятным для инвесторов, как для иностранных, так и локальных.
Для сравнения: в Албании лицензирование в телекоммуникационной сфере заменено на авторизацию, которая имеет больше уведомительный характер и не требует оплаты. В Аргентине, несмотря на то, что процесс называется лицензированием, он имеет также уведомительный характер (тем не менее, получение авторизации от уполномоченного органа может занимать до трех месяцев по закону).
В Австралии установлено лицензирование только для компаний, которые владеют собственной телекоммуникационной инфраструктурой. В Австрии лицензирование обязательно только для тех, кто использует частоты, в остальном имеет уведомительный характер.
В Бельгии лицензирование требуется только для использования радиоспекторных частот. На Кипре отменено лицензирование в сфере телекоммуникационных услуг. В Чехии лицензирование отменено, есть только система уведомления.
Это лишь общие проблемы в ИКТ-законодательстве Узбекистана, они достаточно серьезны и их нельзя игнорировать.
 
Для успешного реформирования ИКТ-законодательства необходим правильный подход. Его выбор обусловит эффективную трансформацию цифровой экономики в Узбекистане.
На практике сложились три подхода: нормотворческий, регуляторный и подход, основанный на саморегулировании. Все три подхода уместны для реформирования ИКТ-законодательства.
•	Нормотворческий подход предполагает разработку законодательства, отвечающего требованиям современных тенденций ИКТ или с учетом ожидаемых тенденций.
•	Регуляторный подход, предполагающий изменение или создание регуляторных положений, отвечающих требованиям новых технологий, может сделать вклад в регуляторную сферу. Однако он не позволяет разрабатывать новые законодательные акты для решения проблем в сфере.
•	Подход, основанный на саморегулировании, предполагает разработку политики с помощью специального консультативного органа. В Узбекистане такого органа в сфере ИКТ нет, и его создание было бы очень своевременным и уместным.
В условиях развития ИКТ в Узбекистане было бы целесообразней использовать комбинированный подход или использовать разные подходы на разных стадиях.
Так, например, усиливая роль Мининфокома, необходимо наделить его также полномочиями консультативного органа или создать отдельный консультативный орган, который будет заниматься нормотворчеством.
Создание такого органа, вместе с тем, может мешать функциям Мининфокома как независимого регулятора. Однако, если Мининфокому не будет предоставлен такой статус, создание консультативного органа было бы очень кстати.
На данном этапе, когда цифровая экономика — новое явление, было бы очень уместно использовать нормотворческий подход, особенно для создания нового ИКТ-законодательства. И уже после переход на регуляторный подход был бы закономерным.